Зачем Эрдогану Союз тюркских государств?

Зачем Эрдогану Союз тюркских государств?

В новом году первым мировым лидером, с которым побеседовал Путин, стал президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган. Как говорится в официальном заявлении Кремля, стороны обсудили “известные предложения по разработке правовых соглашений по обеспечению безопасности Российской Федерации, ситуацию в Закавказье и урегулирование проблем в Сирии и Ливии”. Тем временем у Москвы и Анкары появилось новое больное место – Центральная Азия.

Мы изучили всю доступную информацию, чтобы разобраться для чего Эрдогану нужен Союз тюркских государств.

Сфера интересов Эрдогана

В прошлом году Эрдоган фактически стал лидером ранее бездействовавшего Союза тюркских государств, косвенно заявив, что этот регион теперь входит в сферу его интересов, а не просто является сферой влияния Москвы и Пекина. Несмотря на разногласия между членами альянса по поводу того, как он должен развиваться, единство вокруг этнических и религиозных общин выглядит многообещающим, тем более что Москва не совсем уверена в том, как действовать дальше.

Сразу же после распада Советского Союза Турция, единственная международно признанная тюркоязычная страна в мире, укрепила свои связи с бывшими советскими республиками Центральной Азии. Еще в 1992 году первый саммит тюркоязычных стран был созван в Анкаре тогдашним президентом Турции Тургутом Озалом.

  • Казахстан.
  • Киргизия.
  • Узбекистан.
  • Туркмения.
  • Азербайджан.

В то время все лидеры сразу же согласились с тем, что необходимо создать политическое и экономическое единство. Однако в следующем году Тургут Озал внезапно умер (до сих пор ведутся споры о том, был ли он отравлен), и хотя в 1994 году Тюркский саммит был проведен во второй раз, фокус организации несколько изменился в сторону культурного и социального сотрудничества.

Позже к организации на постоянной основе присоединились представители других стран, но в целом организация канула в Лету как общественное объединение. Отсутствие интереса, надо сказать, исходило в основном от самой Турции. Представители турецкого бизнеса пришли в Центральную Азию без особых трудностей и с недоверием к альянсу.

В 2009 году Казахстан, Киргизия, Азербайджан и Турция создали Тюркский совет

В декабре 2014 года в Киеве был открыт первый региональный офис Тюркского совета. Туркменистан присоединился к Совету в том же году, а Узбекистан – три года спустя: Ислам Каримов, не принимавший растущее влияние Турции в регионе, умер, а новый президент Шавкат Мирзиёев был более прагматичен. Венгрия также присоединилась к Тюркскому совету в качестве наблюдателя, и даже Украина объявила о своей готовности присоединиться к нему в конце 2020 года.

Ни на одном этапе развития организации Россия не получала приглашения стать ее полноправным членом.

Российская пропаганда активизировалась в начале 2021 года, когда турецкий государственный канал показал карту, на которой интересующий Анкару район был обозначен как Крым и Кубань.

“Все войны с различными намерениями против нашей страны обычно заканчиваются военным парадом в столице поверженного противника”, – сказал Андрей Красов, член Европейского парламента. На карте обозначена территория, охватываемая так называемым “Большим Тураном”, регионом, объединенным на этнической и религиозной основе: все турки и страны исламского вероисповедания. Можно было предвидеть создание новой империи с доминированием Турции.

Не пропустите:  Какие африканские страны отказались осуждать Россию за спецоперацию?

Напуганные такой перспективой, пропагандисты и политологи начали искать – и в итоге нашли – доказательства восстановления Турана. Осенью 2021 года сам Эрдоган получил карту Турана, а в телеграмме Международной тюркской академии (казахское учреждение, являющееся филиалом Союза тюркоязычных стран) Якутия названа “национальным образованием, не признанным международным сообществом”. Ну и вообще: “сценарий писался очень долго, даже за океаном. Эрдоган продвигается вперед по всем фронтам и уверен в победе”.

В действительности, пропагандисты все перепутали. “В основе идеи Великого Турана лежит ограниченное число турецких националистов, и именно их представители дали Эрдогану эту карту”, – пояснил исламовед Ахмет Ярикапов. Как зрелый политик, Эрдоган использует эту риторику, но признает, что сама идея ультранационализма утопична. В то же время он видит возможность – и в некотором смысле поощряет – создания тюркского союза”.

Иными словами, Великий Туран – это своего рода коммунизм (красивая идея), а Союз тюркских государств – реальное образование, в котором существует возможность интеграции всех видов, от экономической до политической. Вот почему осенью 2021 года Тюркский совет был переименован в Союз тюркских государств, и именно Эрдоган сделал это объявление.

Политолог Досим Сатпаев говорит: “Турция давно хотела вступить в ЕС, но даже близко не приблизилась к этой цели, и тогда Эрдоган решил продвинуть идею объединения “тюркского мира”. В этом отношении Эрдоган делает то же самое, что и Кремль. Представив себя в прошлом году в качестве основного игрока в Нагорном Карабахе, Турция имеет некоторые аргументы, чтобы предложить их членам обновленной коалиции.

Сейчас на карту поставлены две вещи: экономика и безопасность

Сейчас на карту поставлены две вещи: экономика и безопасность

“Вполне естественно, что тюркоязычные страны, которые являются членами организации, стараются сблизиться друг с другом”, – добавил Серикжан Мамбеталин, казахский оппозиционный политик и бизнесмен. “В целом, у них есть возможность возродить Шелковый путь, что связано с возможностью возрождения Зангезурского коридора (гипотетический транспортный коридор между Западным Азербайджаном и его анклавом, Автономной Республикой Нахичевань, через Армению), что в свою очередь позволит тюркским государствам создать большой транскаспийский коридор, который принесет пользу всем членам и соединит тюркские государства с Европой”.

Манберлин добавил, что был достигнут определенный прогресс и в военной области: совместный документ стран-участниц “включает создание так называемых объединенных сил МЧС, военизированной организации, на основе которой, как я полагаю, может возникнуть военный блок турецкого государства”.

В то же время, несмотря на то, что Турция, по-видимому, является первым скрипачом в этом турецком оркестре, она вряд ли будет с самого начала давить на своих членов, предпочитая вместо этого восточный подход, заключающийся в попытке поладить со всеми. Однако в долгосрочной перспективе экономический и военный альянс обязательно перерастет в политический, прогнозирует Досим Сатпаев. Турция, устав ждать вступления в ЕС, просто создала свой собственный союз.

Невзирая на оптимизм по поводу перспектив обновленной организации, у стран-членов Союза тюркских государств есть свои планы. Азербайджану, который является близким союзником Турции и готов сделать объединение тюркского мира своей главной целью, проще.

Не пропустите:  10 старейших демократий мира

После Турции страной, наиболее заинтересованной в Союзе, является Казахстан

После Турции страной, наиболее заинтересованной в Союзе, является Казахстан

Республика, которая находится между Россией и Китаем, всегда ищет новых игроков, способных повлиять на баланс интересов в регионе. В конце концов, Европа и США находятся далеко, а Турция – интуитивно понятный партнер с точки зрения языка и культуры.

Досим Сатпаев объясняет: “Турция имеет большее влияние в Центральной Азии, чем Россия, в плане воздействия на общественное и религиозное сознание. Это естественно: в Казахстане, например, растет турецкоязычное население, для которого важна исламская идентичность. Именно поэтому реакция России на все языковые вопросы столь болезненна”.

Пожалуй, Казахстан – самая непокорная страна в Евразийском экономическом союзе (несмотря на внешнюю лояльность): здесь самые сильные антиевразийские настроения, а после крымского инцидента республика стала бояться России. Заявления высокопоставленных российских чиновников о том, что бывшие советские территории были “подарком” республикам и должны быть отобраны, не внушают доверия. Сатпаев считает, что культурные, экономические связи и связи в области безопасности с Турцией будут очень удобным противовесом любому российскому вмешательству.

Дело в том, что Казахстан иногда производит впечатление слишком разностороннего государства. Он участвует во всевозможных альянсах – с Россией, Турцией, Китаем. В результате республика практически везде предпочитает дистанцироваться от спорных вопросов.

Например, Казахстан официально не признал Крым российским, но “поддержал” референдум (что очень огорчило Украину); республика поддерживает развитие мусульманского мира и молчит о преследовании уйгуров в Синьцзяне. Поскольку Казахстан имеет более тесные отношения с Турцией, возобновление конфликта между Москвой и Анкарой сделает положение Казахстана весьма нестабильным. В этом случае официальной Акорде (резиденции президента страны) придется решать, чью сторону принять, а Нур-Султану это очень не нравится.

Кроме того, следует отметить, что Казахстан, как и Турция, стоял у истоков этой организации, и идея понравилась лично у Нурсултану Назарбаеву.

Эрдоган “украл” Союз тюркских государств у Назарбаева, как ранее Кремль присвоил ЕАЭС

Эрдоган "украл" Союз тюркских государств у Назарбаева, как ранее Кремль присвоил ЕАЭС

Киргизия находится в похожей ситуации – с поправкой на масштабы страны и ее приоритеты – также проповедует многосекторную политику, но еще более зависима от России. Экспертам страны не нравятся вопросы о том, с кем будет страна, если что-то случится.

“Киргизия свободна проводить внешнюю политику, отвечающую ее национальным интересам. Общение с братьями и сестрами – это хорошо или плохо? Родственные связи имеют для нас наивысшую ценность, мы дорожим отношениями с людьми, с которыми нас объединяет общая история, культура и религия. Союз тюркских государств набирает авторитет, силу и становится более могущественным. И это совершенно нормальный процесс. Беспокоиться не о чем. Уровень сотрудничества растет, все показатели в норме. Что может нарушить баланс в наших отношениях с Россией и странами СНГ? Лишь огромные мощные державы. А Турция – не мировая, а региональная держава, конечно, она не может нарушить баланс наших отношений”, – сказал кыргызский политик и политолог Зайнидин Карманов.

Не пропустите:  25 самых мощных армий мира в 2019 году

Он добавил, что у России не может быть раздражителей в Союзе тюркских государств: “Это не военный блок”.

Однако Турция имеет гораздо больше влияния в Киргизии, чем кажется, и эксперт не точен в утверждении, что это “не военный блок”. Напомним, что две недели назад Киргизия стала первой страной-членом ОДКБ, получившей от Турции комплексы “Байрактар”. На экономическом фронте связи также становятся все более тесными: за первые шесть месяцев 2021 года импорт Турции в Киргизию вырос на 92%, почти вдвое; в обратном направлении было экспортировано на треть больше товаров, чем за тот же период 2020 года.

Что еще более важно, Турция, похоже, также имеет политическое влияние в стране: в прошлом году Орхан Инанды, президент кыргызско-турецкой школьной сети “Сапат”, был похищен из Киргизии и вывезен в Турцию. В Анкаре его подозревают в связях с Фетхуллахом Гюленом, одним из главных врагов Эрдогана. Несмотря на то, что Инанди является гражданином Киргизии, силы безопасности и политики в Бишкеке просто разводят руками: “Что мы можем сделать?

Не ясно, в какой степени Киргизия готова защищать интересы нового Союза

Нет никакой реакции и со стороны Узбекистана на расширение функций Союза, если оно произойдет. Мало того, что у Узбекистана всегда были сложные отношения с Турцией, Ташкент не любит, когда его пытаются использовать для слежки, объясняет политолог Аркадий Дубнов.

“Все попытки извне доминировать над Узбекистаном воспринимаются с беспокойством”, – говорит он. “Ислам Каримов в начале 1990-х годов пытался пойти по турецкому пути развития, но давление Анкары – идеологическое и религиозное – его не удовлетворило, и он повернул реформы вспять. По сюжету анекдота, ложки нашли, но осадок остался, и теперь Узбекистан, который развивается самостоятельно, в принципе не позволит втянуть себя в чье-либо геополитическое влияние”.

Однако беспокойство Кремля по поводу турецкого пришествия вполне объяснимо: его пугает не столько Эрдоган как таковой, сколько то, что он предлагает другим странам, у которых до сих пор не было геополитического выбора, реальную альтернативу в плане развития. “В случае, если бы Казахстану вдруг пришлось выбирать, было бы рискованно попасть под крыло России, учитывая ее обновленную агрессивную внешнюю политику”, – объясняет политолог Досим Сатпаев, приводя в пример свою республику.

Казахстан, во-первых, будет восприниматься только как российский сателлит (вторая Белоруссия). Второе, сторонники “русского мира” могут воспринять это как признание того, что мы уже являемся его частью, но это не так. И это вызовет большое недовольство внутри страны.

Дорогие Друзья! Подпишитесь на нашу группу ВКонтакте, там мы публикуем самые интересные и полезные статьи.